Благоверные князья Петр и Феврония муромские

О.В. Губарева

Память 8 июля (25 июня)

«...и будут двое одна плоть». (Еф. 5, 31)

История жизни святых чудотворцев, благоверных и преподобных супругов Петра и Февронии много веков существовала в преданиях муромской земли, где они жили, и где сохранялись их честные мощи. Со временем подлинные события приобрели сказочные черты, слившись в народной памяти с легендами и притчами этого края. Сейчас исследователи даже спорят, о ком из исторических личностей написано житие: одни склоняются к тому, что это были князь Давид и его жена Евфросиния, в иночестве Петр и Феврония, скончавшиеся в 1228 году, другие видят в них супругов Петра и Евфросинию, княживших в Муроме в XIV веке.

Но то, что важно для науки не всегда существенно для Священного Предания Церкви. Русь никогда не оскудевала подвижниками благочестия, и в житиях своих святых Церковь стремилась — более исторической точности — донести свидетельство Божьего промышления и нравственный урок жизни во Христе.

Записал повествование в XVI веке священник Ермолай Прегрешный (в иночестве Еразм), талантливый литератор, широко известный в эпоху Иоанна Грозного. Сохранив в житие фольклорные черты, он создал удивительно поэтичную повесть о мудрости и любви — дарах Святого Духа чистым сердцем и смиренным в Боге.

Преподобный Петр был младшим братом княжившего в городе Муроме благоверного Павла. Однажды в семье Павла случилась беда — по навождению дьявола к его жене стал летать змей. Горестная женщина, уступившая демонской силе, обо всем поведала мужу. Князь наказал супруге выведать у злодея тайну его смерти. Выяснилось, что погибель супостату «суждена от Петрова плеча и Агрикова меча».

Как прознал об этом князь Петр, тотчас решился убить насильника, положившись на помощь Божью. Вскоре на молитве в храме открылось, где хранится Агриков меч, и выследив змея, Петр поразил его. Но перед смертью змей обрызгал победителя ядовитой кровью, и тело князя покрылось струпьями и язвами.

Никто не мог исцелить Петра от тяжкой болезни. Со смирением перенося мучения, князь во всем предался Богу. И Господь, промышляя о Своем рабе, сподобил его отправиться в поисках исцеления в рязанскую землю.

Один из юношей, посланных на поиски лекаря, случайно зашел в дом, где сидела за работой одинокая девушка. Ее звали Феврония. Девушка с юных лет имела дар прозорливости и исцелений. Раскрыв по благодати своей Божье произволение, Феврония, после всех расспросов, наказала слуге: «Приведи князя твоего сюда. Если будет он чистосердечным и смиренным в словах своих, то будет здоров!»

Князя, который сам ходить уже не мог, привезли к дому, и он послал спросить: «Скажи мне, девица, кто хочет меня вылечить? Пусть вылечит и получит богатую награду». «Я хочу его вылечить,— без обиняков ответила Феврония,— но награды никакой от него не требую. Вот к нему слово мое: если я не стану супругой ему, то не подобает мне и лечить его». Петр пообещал жениться, но в душе слукавил: гордость за княжеский род мешала ему согласиться на подобный брак. Феврония зачерпнула хлебной закваски, дунула на нее и велела князю вымыться в бане и смазать все струпы, кроме одного.

Благодатная девица имела премудрость святых Отцов и назначила такое лечение не случайно. Как Господь и Спаситель, исцеляя прокаженных, слепых и расслабленных, через телесные недуги врачевал душу, так и Феврония, зная, что болезни попускаются Богом во испытание и за грехи, назначила лечение для плоти, подразумевая духовный смысл. Баня, по Священному Писанию, образ крещения и очищения грехов (Еф. 5, 26), закваске же Сам Господь уподобил Царствие Небесное, которое наследуют души, убеленные баней крещения (Лк. 13, 21). Поскольку Феврония прозрела лукавство и княжескую гордость, она велела Петру оставить несмазанным один струп, как свидетельство греха.

Вскоре от этого струпа вся болезнь возобновилась, и князь вернулся к Февронии. Во второй раз он сдержал свое слово. «И прибыли они в вотчину свою, город Муром, и начали жить благочестиво, ни в чем не преступая Божией заповеди».

После смерти брата, Петр стал самодержцем в городе. Бояре уважали своего князя, но надменные боярские жены невзлюбили Февронию, не желая иметь властительницей над собой крестьянку, и стали подучать своих мужей недоброму. Всякие наветы пытались возводить на княгиню бояре, а однажды взбунтовались и, потеряв стыд, предложили Февронии, забрав все, что ей угодно, уйти из города. Княгиня ничего, кроме своего супруга не желала. Обрадовались бояре, потому, что каждый в тайне метил на княжье место, и сказали обо всем своему князю. Блаженный Петр узнав, что его хотят разлучить с любимой женой, предпочел добровольно отказаться от власти и богатства, и удалиться вместе с ней в изгнание.

Супруги поплыли по реке на двух судах. Некий мужчина, плывший со своей семьей вместе с Февронией, засмотрелся на княгиню с тайным помыслом. Святая жена сразу разгадала его грех и мягко укорила его. «Почерпни воду с одной и другой стороны лодки,— попросила княгиня.— Одинакова вода или одна слаще другой?» «Одинакова»,— отвечал тот. «Так и естество женское одинаково,— молвила Феврония,— почему же ты, позабыв про свою жену о чужой помышляешь?» Обличенный смутился и покаялся в душе.

Вечером они причалили к берегу и стали устраиваться на ночлег. «Что теперь с нами будет?» — с грустью размышлял Петр, а Феврония, мудрая и добрая жена, ласково утешала его: «Не скорби, княже, милостивый Бог, творец и заступник всех, не оставит нас в беде!» В это время, повар принялся готовить ужин и, чтобы повесить котлы, срубил два маленьких деревца. Когда окончилась трапеза, княгиня благославила эти обрубочки со словами: «Да будут они утром большими деревьями». Так и случилось. Этим чудом она хотела укрепить супруга, провидя их судьбу. Ведь коли «для дерева есть надежда, что оно, если и будет срублено, снова оживет» (Иов. 14, 7), то человек, надеющийся и уповающий на Господа будет иметь благословение и в этой жизни и в будущей.

Не успели они проснуться, приехали послы из Мурома, умоляя вернуться Петра на княжение. Бояре поссорились из-за власти, перерезали друг друга, и теперь снова искали мира и спокойствия. Блаженный князь Петр и блаженная княгиня Феврония со смирением возвратились в свой город и правили долго и счастливо, творя милостыню с молитвой в сердце.

Когда пришла старость, они приняли монашество с именами Давид и Евфросиния и умолили Бога, чтобы умереть им в одно время. Похоронить себя святые супруги завещали вместе в специально приготовленном гробу стойкой перегородкой посередине.

Они скончались в один день и час каждый в своей келье. Люди, найдя нечестивым хоронить в одном гробу монахов, решили нарушить волю усопших. Дважды их тела разносили по разным храмам, но дважды они чудесным образом оказывались рядом. Так и похоронили святых супругов вместе около соборной церкви Рождества Пресвятой Богородицы, и всякий верующий обретал здесь щедрое исцеление.

«Радуйтесь преподобные и преблаженные супруги!.. Христос осенил вас своей благодатью, так что и после смерти тела ваши неразлучно в одной гробнице лежат, а духом предстоите вы перед владыкой Христом!»

 
Использование материалов с данного сайта разрешено только после согласования с администрацией ООО "Акимов".

Свидетельство Александро-Невской Лавры